Эволюционная идея в первой половине XIX века

Несмотря на то, что в различных отраслях биологических знаний к концу первой половины XIX века были достигнуты большие успехи и накоплен богатый материал для построения научной теории эволюции, в науке еще прочно держалось метафизическое направление. За рубежом Ламарк был единственным последовательным эволюционистом, но его теория была встречена враждебно и не нашла поддержки. Сент-Илер и немецкая натурфилософская школа исходили из позиций метафизического механистического трансформизма, из представления об идеальном плане строения, который природа вариирует на разные лады. Эта концепция не имела ничего общего с историческим материалистическим взглядом на превращение видов, как на развитие от простого к сложному.

Укоренившиеся в науке метафизические традиции опирались на религиозное мировоззрение и усиленно поддерживались официальной идеологией правящих классов. Не говоря об учениках Кювье — д’Орбеньи и Агассице, чьи взгляды отличались крайней реакционностью, даже наиболее передовые из западноевропейских ученых, какими, безусловно, являлись Ляйэлль и Гумбольдт, в отношении вопроса об эволюции органического мира придерживались традиционных, метафизических воззрений.

В этот период царившей во всем мире реакции из среды представителей русской науки раздавались отдельные смелые голоса в защиту эволюционной идеи.

После Афанасия Каверзнева, замечательного предшественника Ламарка и Дарвина, в 1833 г. в Петербурге издал свою диссертацию на степень доктора медицины Яков Кузьмич Кайданов. Диссертация называлась «Тетрады жизни», или «Четвертичность жизни». Она была написана на латинском языке.

В этой работе Кайданов дает схему развития жизни по четырем ступеням:

1) форма примитивная, или изначальная — минералы,

2) форма растительная,

3) форма животная

4) форма человеческая.

Он исходит из положения, что органическая жизнь возникла из неорганической путем длительного преобразования. Кайданов пишет: «Все эти формы жизни как в природе, так и в теле человека не просто расположены рядом, по смежности, по соседству, но в ясной постепенности. Прибегая к сравнению, можно сказать, что они связаны между собой так, что изначальная форма представляет собой корень универсального древа жизни, растительная жизнь уподобляется стволу этого древа, животные — это как бы цветы, а сознательные или разумные существа — как бы плоды этого древа». В другом месте Кайданов пишет: «нет никакого сомнения, что в природе минеральное царство значительно предшествовало по времени растительному царству, а существование и жизнь растений предшествовали жизни животной, как эта последняя — жизни человеческой, в которой высшая форма жизни, высшая продуктивность природы как бы достигли своего кульминационного пункта».

Таким образом, у Кайданова связь между организмами генетическая, историческая, отражающая реальное родство между высшими низшими формами; она выражена им в идее родословного древа.

Процесс эволюции мыслится Кайдановым как процесс увеличивающегося .разнообразия форм. Он ставит знак равенства между этими понятиями, говоря: «процесс эволюции, или расширение всеобщей жизни».

Вопрос о движущих факторах эволюции Кайданов оставляет открытым, заявляя, что они ему неизвестны, что решение этого вопроса — дело будущего. Это выгодно отличает его от западноевропейских натурфилософов, характеризуя как истинного натуралиста, избегающего необоснованных выводов.

В период с 1817 по 1820 г. опубликовал свои эволюционные произведения русский энтомолог Михаил Таушер. Первое из них он посвятил Московскому обществу испытателей природы, деятельным членом которого он являлся в течение многих лет. Таушер пришел к эволюционным выводам в результате своих  путешествий на юго-восток России, где он изучал флору и фауну киргизских степей. Он исследовал прикаспийские степи между Волгой и Уралом, а также всей природы, нижнее течение Волги и ее притоков; затем предпринял путешествие за реку Урал вплоть до озера Индыр Все три произведения Таушера посвящены вопросу о прогрессивном развитии растительного и животного мира, причем высшие формы выводятся из низших. Таушер говорит также и о животном происхождении человека.

Схема ТаушераТаушер протестует против представления о линейной системе организмов и утверждает, что отношения между ними гораздо сложнее. Отношения эти он представляет в виде трех пересекающихся окружностей,, изображающих царство животных, растений, минералов (рис.). Участок, образованный их пересечением, символически означает, по Таушеру, исходную общность всей природы. Таушер подробно останавливается на развитии животного царства. Для царства растений и минералов он указывает только основные вехи развития, причем говорит об их параллелизме с развитием животного царства.

Таушер правильно отмечает, что его труд дает как бы географический обзор тел природы в целом, показывая их взаимосвязи. С другой стороны, его схема носит и исторический характер. Таушер пишет:« Историзм моего взгляда заключается в том, что он дает наглядную картину непрерывного движения, существующего в природе и направленного к тому, чтобы из одних тел развить другие в их постепенно повышающемся совершенстве»^ Таушер отнюдь не считает, что процесс развития уже закончился; напротив, он утверждает, что процесс этот продолжается и дает еще новые, неизвестные миру формы.

Свою теорию Таушер подкрепляет данными геологии, палеонтологии и зоогеографии. История органического мира, по Таушеру, непосредственно связана с историей земли. Еще до Ляйэлля Таушер утверждал, что современное состояние земной поверхности — результат многих постепенных исторических перемен. Каждая часть земного шара имеет свою историю и свою фауну и флору. Современные формы развились постепенно, параллельно с развитием земной поверхности. «Вместо многих примеров я приведу волжско-уральские степи, которые я знаю по собственному опыту.

Эти огромные пространства имеют свою особую, очень своеобразную флору и фауну», пишет Таушер. Он использует в своих трудах современные ему факты находок ископаемых, в частности, костей и зубов мамонтов на острове Шелохѳва в Ледовитом океане, а также находку почти полного скелета мамонта в устье Лены. Поэтому поводу Таушер пишет: «Форма этих организмов, существовавших раньше, хорошо согласуется с типами ныне живущих растений и животных и поэтому к представителям ныне живущих родов и видов будут добавлены некоторые, видимо, недостающие члены окружающего нас мира, что подтверждает всеобщий основной закон непрерывной градации, и природа представится нам как великое целое, внутренне связанное во всех своих частях».

Таушер говорит о гибридизации, утверждая, что гибриды не всегда бывают бесплодны, об изменчивости домашних животных и культурных растений и т. д. Вопросов, связанных с факторами эволюции, Таушер касается мало, считая, что прогресс есть свойство организмов.

За единство природы и изменяемость видов высказывались и другие представители русской науки первой половины XIX века — Д. Велланский, М. Павлов. Однако взгляды этих двух ученых опирались на идеалистическую концепцию. Много интересных и оригинальных мыслей по этому вопросу высказал профессор Московского университета М. А. Максимович.

Он писал: «В природе виден ход от низшего к высшему, к совершеннейшему, от единства и простоты к сложности и многообразию». Философ Галахов также говорит о постепенном усложнении организации растительного и животного мира и решительно выступает против телеологического взгляда на природу.

Особый интерес представляют эволюционные взгляды уже упомянутого нами профессора Московского университета К. Ф. Рулье, одного из творцов экологического направления в зоологии. К идее эволюции Рулье пришел главным образом на основании своих экологических работ. Эта идея пронизывает все его труды по зоологии, научные статьи, лекции и публичные выступления, В этом смысле представляет большой интерес его «Общая зоология» (курс лекций, читанных для студентов Московского университета), «Жизнь животных по отношению к внешним условиям», «Влияние внешних условий на развитие животных», «О животных Московской области», «Куда девалась городская ласточка» и многие другие работы.

Рулье критикует телеологические метафизические установки Кювье, но он не следует и Сент-Илеру. Рулье выдвигает свою оригинальную концепцию. У него мы находим элементы диалектического понимания взаимосвязей в природе и исторический взгляд на развитие органического мира. Он пишет: «В природе нет покоя, нет застоя. Все... изменяется и, следовательно, в этом смысле живет... Самая малейшая пылинка, лежащая в глубине материка или вод, действует на окружающее и находится под обратным действием его». Рулье ставит вопрос, не переходили ли древнейшие животные постепенно в относительно менее древних и не составляют ли они родичей для нынешних». На этот вопрос он отвечает, исходя из своих палеонтологических работ с ископаемыми плеченогими, найденными при раскопках, производившихся под Москвой. На фактическом палеонтологическом материале Рулье показывает переход от одних видов к другим.    

На этом основании он говорит об отсутствии неизменных видовых границ и превращении видов. 

Самым характерным для Рулье является изучение организмов в их взаимосвязях друг с другом и условиями окружающей неорганической  природы. Он пишет: «Представить себе животное, отделенное от наружного jмира, заключенное в самом себе, живущее исключительно за счет средств, в самом себе находящихся, значило бы то же, что представить себе животное, которое не дышит, не питается, не чувствует, не движется, не повинуется естественным физическим законам тяжести, давления, испарения и т. д., значило бы представить себе не только величайший, но даже, по нашим понятиям, невозможный парадокс»

Природу Рулье рассматривает как единое целое: «... все действительно существующее есть стройное, в себе замкнутое целое, которого части, кажущиеся до бесконечности различными, существуют только потому, что существуют во внутренней, необходимой, причинной органической связи». И далее: «Ни одно органическое существо не живет само по себе, каждое вызывается от жизни и живет только постольку, поскольку находится во взаимодействии с относительно внешним для него миром».

Изменчивость органических форм, по Рулье, обусловлена причинами двоякого рода: она зависит от природы самого организма и от внешних условий, главным образом климата и географического положения.

Отсюда Рулье выдвигает закон «двойственности жизненных элементов». «Вся история животного (как и всего действительно существующего) показывает, несомненно, на то, что животное, предоставленное самому себе, удаленное от внешнего мира, не может ни родиться, ни жить, ни умереть. Для совершения полного круга развития нужно обоюдное участие двоякого рода элементов, принадлежащих (ему) и элементов, для него внешних. Это —закон двойственности жизненных элементов, или закон общения животного с миром. Этот закон имеет самое общее, мировое значение», — пишет Рулье.

Полученные под влиянием измененных условий существования изменения в организации животных Рулье считает наследственными. Он исследует вопрос об изменчивости животных при их одомашнивании и приходит к выводу, что причиной изменения их признаков и свойств является переход к новым условиям существования. Рулье указывает, что через ряд поколений потомки одной и той же пары, находящиеся в различных условиях жизни, чрезвычайно расходятся в своих признаках. Он подчеркивает активную роль человека в образовании новых полезных для него свойств животных при одомашнивании.

Рулье ведет активную пропаганду за приручение и одомашнивание новых видов животных, считая, что «дикое животное при одомашнивании груд и науку человека вознаградит образованием новых свойств, ему полезных, не бывших у первоначальных родичей». Для этой цели Рулье был организован «Комитет по акклиматизации животных».

Рулье обращает внимание на параллелизм между индивидуальным развитием и филогенезом. Он пишет: «Все животные, как и растения, образуются первоначально из клеточки, и только впоследствии выделяются свойственные им отличия, так что чем животное ближе к своему началу, тем меньше в них разнообразия — точь в точь, как в доисторическом первоначальном появлении животных. Замечательно и то, что животные зарождаются, по закону древних, в жидкости, постепенно переходя на сушу: древесная лягушка, или квакушка, комар, стрекоза и многие насекомые, которые в совершенном возрасте столь опасаются воды, развиваются, однакож, первоначально в ней. Опять параллель между палеонтологическими и генетическими рядами».

Замечательный русский эволюционист К. Ф. Рулье умер в 1858 г., т. е. за год до выхода в свет книги Дарвина «О происхождении видов».

русский ученый-эволюционист, врач, ботаник и фармаколог Павел Федорович ГоряниновБез преувеличения можно сказать, что самой блестящей фигурой этого периода является выдающийся русский ученый-эволюционист, врач, ботаник и фармаколог Павел Федорович Горянинов, профессор Медико-хирургической академии. Горянинов был участником двух из указанных Энгельсом «трех великих открытий естествознания», а именно формулирования клеточной теории и научной эволюционной теории.

Отличительной чертой эволюционной доктрины Горянинова является ее всеобъемлющая широта и активный характер. Если Рулье в своих воззрениях исходил из животного мира, то Горянинов распространил свой принцип эволюции на весь органический мир. Им охвачены все категории систематики — от простейших форм жизни до человека. Горянинов уделяет много внимания вопросу о происхождении жизни на земле, причем нарисованная им картина близка нашим современным представлениям о развитии от коацервата к вирусу.

Начиная от тел неорганической природы, Горянинов развертывает картину через эволюции материи простейшие организованные формы вплоть до человека. Признавая животное происхождение человека, Горянинов тем не менее отмечает своеобразие в его развитии Он подчеркивает это своеобразие, состоящее в том, что в человеке материя достигла той высокой ступени, когда она познает самое себя. Направление Горянинова в отличие от западноевропейской натурфилософии реалистично, он перерастает, подобно Ламарку и Дарвину, в стихийного диалектика. Концепция Горянинова о происхождении жизни на земле и происхождении человека более отвечает нашим современным воззрениям, чем концепция Дарвина. По Горянинову, материя вечна, ее законы познаваемы. Материя находится в движении, она едина. Начиная от первоматерии и кончая человеком, все в природе связано узами генетического родства. Природа непрерывно прогрессивно развивается. Это развитие происходит по восходящей спирали. Горянинов выдвинул ряд законов филогенетического развития, которые вошли в современную нам науку.

Так, с именем Горянинова должны быть связаны следующие законы:

1) закон эволюционной «спирали»;

2) закон эволюции «никсами», или порывами (ароморфозы А. Северцова);

3) закон неравномерных темпов развития;

4) закон суммарной оценки признаков;

5) закон значения соединительных типов.

Горяниновым была сделана попытка дать графическую схему эволюции всей природы. Морфология и естественная систематика растений приобрели, благодаря трудам Горянинова, прочную основу. Предложенная им классификация природы является одной из немногих классификаций такого масштаба. Горянинов правильно оценил значение для филогенетических построений данных палеонтологии, изучения онтогенеза, сравнительно-анатомических исследований, тератологии. Он пересмотрел на основе эволюционного принципа все категории растительного и животного царства, включая человека. Таким образом, Горянинов является, подлинным основателем научной филогении, однако его филогенетические труды впоследствии были забыты, и честь этого начинания приписана Эрнсту Геккелю. Горянинов оставил свыше 40 научных трудов, среди которых были и учебники, как, например, «Начальные основания ботаники» (1827), «Основы ботаники» (1841), «Зоология» (1837).
Горянинов был ученым широчайшей эрудиции, обладавший недюжинными способностями к анализу и синтезу, что позволило ему сделать обобщения исключительно большого масштаба. Это неоднократно отмечалось его современниками.

Для Горянинова характерна не только широта кругозора и глубина проникновения в сущность исследуемого вопроса, но, что является главным, яркость, самобытность мышления и дух новаторства.

Труды русских эволюционистов в значительной мере подготовили почву для дарвинизма, и многочисленные представители русской науке в дальнейшем творчески развили учение Дарвина.


Практические занятия медицинские биологические препараты для профилактики и лечения инфекционных заболеваний

Занятие 1-е. Вакцины и анатоксины.

Вопросы для обсуждения. 1. Искусственный иммунитет, активный и пассивный. 2. Препараты для создания искусственного активного иммунитета: вакцины и анатоксины. 3. Виды вакцин: живые, убитые и химические. 4. Способы приготовления вакцин. 5. Анатоксины нативные и очищенные, их получение и титрован...


Практические занятия вирусы

Занятие 1-е. Методы вирусологических исследований.

Вопросы для обсуждения: 1. Особенности биологии вирусов. 2. Принципы классификации вирусов. 3. Вирион, его строение, размеры и химический состав. 4. Микроскопические методы изучения морфологии вирусов. 5. Методы культивирования вирусов на культурах клеток, куриных эмбрионах, лаб...


Препараты для профилактики и лечения вирусных заболеваний

Препараты для профилактики и лечения оспы. Оспенная вакцина сухая — Vaccinum variolae siccum является живой вакциной. В зависимости от субстрата, на котором культивируют вирус, различают дермальную (культивирование на коже животных), тканевую (культивирование в клеточных культурах) и яичную или ововакцину (культивирование на куриных эмбрионах).

Возбудители основных вирусных заболеваний

Возбудитель оспы. Возбудитель оспы является одним из самых крупных вирусов (200—350 нм). Этот вирус может быть обнаружен в оптическом микроскопе при применении специальных методов окраски (тельца Пашена).

При натуральной оспе в эпителиальных клетках обнаруживаются внутриклеточные включения — тельца Гуарниери.



Категория: Развитие органического мира
Просмотров: 32 | Теги: Эволюционная идея, Павел Федорович Горянинов, К. Ф. Рулье